Бандеровщина - это до Днепра. Ведь с другой стороны - махновщина...
Согласитесь, практика последнего месяца бютовцев и нашеукраинцев, т.е. объединенной оппозиции, с одной стороны, регионалов, коммунистов и социалистов, то есть Коалиции национального единства, с другой, мало предсказуемая. И вот почему.
Во-первых, она исходит из того, что не в состоянии решить проблему с выгодой для себя. Во-вторых, мы наблюдаем сериал под названием "косовизация конфликта". В нем даже в обозримом будущем не видать ни окончательного урегулирования, ни одностороннего признания. В-третьих, даже если оппоненты в новом или старом парламенте поменяются местами, депутаты оппозиционных фракций все равно продемонстрируют половине страны ту же отчаянную «махновщину».
Все смешалось в доме Облонских
Хотя мотивы поступка президента с подписанием нового указа как будто бы и вполне ясны, но уместно спросить: разве они приближают перспективу роспуска парламента? Опять же, очередные выборы... Разве их исход и расстановку сил во вновь избранном парламенте можно решить свою пользу «продавливанием» решения о роспуске парламента, когда закона об императивном мандате у нас не было, нет, и вряд ли будет? Да и Европа на императивный мандат смотрит неодобрительно.
Нет, по сути, и другого механизма - в лице Центризбиркома. ЦИК определенно пребывает в коме и вряд ли уже оклемается. Формируются и другие "ловушки для диалога": непризнание действий президента со стороны парламента и правительства, дискредитация не только Конституционного суда, но и всей системы украинского правосудия, апелляция к мировому сообществу на фоне развивающегося конфликта силовых структур.
А здесь еще и с внешними факторами все непонятнее становится. Больше, сильнее и громче, чем Юлия Тимошенко, в апреле-месяце не шумел никто в западных СМИ: «Кремль не дает нам идти своим курсом», «Россия взяла Януковича за горло» и ее пора поставить на место, - это еще не самые громкие заявления лидера БЮТ.
С другой стороны, Вашингтон – сама любезность, устами своего посла в Киеве говорит, что существует «два варианта выхода из кризиса». В качестве первого и основного Вильям Тейлор назвал «решение Конституционного Суда». «Иной вариант – политический компромисс», который «может предусматривать досрочные выборы, или нет». «Если же будет достигнут компромисс, приемлемый для всех, то проблема решится и до вынесения вердикта КС», – удовлетворенно заключил американский дипломат.
Конфликт и политика
Вопросы о соотношении политики и конфликта в том, что с чего начинается. Одни полагают, что не борьба порождает политику, а политика, цели, на достижение или опровержение которых она направлена. Поэтому политика «несет в себе конфликт, который может в предельном случае породить войну». Другие, напротив, склонны считать, что “в сущности политика начинается там, где на основе расхождения интересов возникают конфликты, которые она должна разрешать”.
Так директор Центра "Расширенные возможности" Виктор Небоженко считает, что в спровоцированном конституционном кризисе Тимошенко как политический лидер поступает правильно, что невозможно «найти решения без новых выборов», поскольку конфликт возник «даже не из-за Указа Президента, и он длится года полтора».
А вот, по мнению "Версий", все наоборот: «Повторная попытка рейдерского захвата власти в Украине (имеется ввиду Майдан-2 – Авт.) должна войти в учебники для медиа-"шакалов" как пример использования СМИ в качестве основного элемента государственного переворота. Именно медиа "грузят" народ тем, чего нет, - кризисом». Одна из сторон конфликта - Секретариат президента – «создала искусственную кризисную реальность». Дрова для костра этой «реальности» поставляют конфликтующие политики, затем средства массовой информации транслируют ее контент (содержание) и "разводят" общество на досрочные выборы. В результате: «виртуальная реальность становится действительностью».
Как видим, вопрос соотношения политики и конфликта, на первый взгляд, не имеющий вполне практического значения, примерно, как решение известной задачи о яйце и курице, на деле представляет собой проблему намного более глубокую, более сложную, но… и более практичную, чем это кажется поначалу. Именно из-за отношений господства и подчинения конфликты по поводу власти являются политическими, поскольку как раз они и обустраивают мир в том мире, где мира вечно нет.
Куда зовут трагические тени прошлого?
Вот, вполне уважаемый бывший демократ Юрий Щербак пишет, что нынешний кризис носит «позитивный характер». Несмотря на то, что «кризис внес (или углубил) раскол в общество», благодаря конфликтам, столкновениям, кризисам «история двигается на несколько миллиметров вперед (хотя иногда делает колоссальные скачки назад)», кризис «знаменует момент истины», он «способствует рождению нового единства тех, кто осознает пагубность и тупиковость широкомасштабного гражданского конфликта» и т.д. «Все, что происходит сегодня, - это отложенные, нерешенные споры прошлого: и сегодня среди современных, слава Богу, еще живых политиков можно увидеть трагические тени гетмана Скоропадского, Петлюры, Скрыпника, Троцкого, Махно», - заключает экс-посол Украины в США Юрий Щербак, играясь не только с огнем, но и с совестью. Видимо, вспоминая бензовоз под стенами Верховного Совета Украины в 1991 году как лирический образ своего «героического» участия в истории.
Даже теоретические рассуждения по поводу соотношения внутренней и мировой политики в среде политического конфликта имеют не сугубо научное, академическое значение, а определяют ситуацию, силы и слабости участников конфликта - «их стремлением и способностью применять насилие». Когда указ о роспуске Верховного Совета Украины был обнародован, распространились тревожные слухи, что Виктор Ющенко «якобы вот-вот введет прямое президентское правление, а служба безопасности Украины (СБУ) по его приказу уже формирует черные списки» ("Время новостей").
Что сказали тогда политологи? Разрешить, мол, конфликт могут лишь политики. "Вряд ли конфликт между президентом и коалицией разрешит КС, - заявил глава украинского Института глобальных стратегий и ближайший советник украинского президента Вадим Карасев. - Это политико-правовой кризис, который намного шире чисто юридических тонкостей, и решить конфликт могут только политики". "Тот факт, что Домбровский и ряд судей, назначенных при поддержке президента, готовы были сложить с себя полномочия, говорит о том, что КС не готов принимать чисто политические решения. Правовое же решение может быть вынесено только в пользу Рады", - ответил на это известный украинский эксперт Владимир Малинкович.
Призрак Батьки Махно и «славного» Гуляй-поля проносится в этот миг между этическими системами, где воскресают черепа и скелеты всем известных политических авантюристов и где невозможен никакой компромисс. Споры могут, будут и идут до хрипоты, до бесконечности, до той стадии, пока историческое преимущество сторонников какой-либо точки зрения не заткнет глотки остальным. Но вот что страшно. Не то, что можно заставить замолчать остальных. Замолчать - это не согласиться. Страшно то, что об думают, пишут и говорят бывшие демократы, недавние либералы и даже окрещенные евроукраинцами любители НАТО.
В Украине скоро будет махновщина?
Не только логика политического анализа, но и политическая история любой страны не раз подтверждала: для возникновения политического конфликта необходимо наличие противоборствующих сталкивающихся интересов, которые эти политики пытаются реализовать путем перераспределения или удержания власти. Хотя во многих случаях вполне достаточно лишь наличия самих политиков. «Противоборствующие» интересы они обязательно изобретут.
Крепкий кулак «народных самооборонцев», окровавленное сердце среди белых одежд и подкова на счастье – слишком очевидное изобретение политологии украинского конфликта. Ее логика вполне отчетливо устрашает: или отдаете нам все, или… делим Украину на части и - что кому достанется, так и будет. Чем не махновщина?
Но ведь раз на раз не приходится? “Все - или почти все - имеет политический аспект и ничто - или почти ничто – не принадлежит политике целиком” (Морис Дюверже). Кто-то считает себя далеким от политики и ничего не знает о существовании каких-то там “политических аспектов”. Кто-то не разбирается в терминологических тонкостях, не только в отношениях власти, т.е. господства и подчинения, но и в специфике политических партий. Но когда выражением политической позиции становятся вышиванки, или джинсы и свитера “новых украинцев”, а победа или поражение на футбольном поле составляют ядро политики, – они хором вызывают другую, настигающую революцию (А.Солженицын), «отменяющую их самих со всем их столетним радикализмом».
Махновщина – осужденное историей явление, которое просыпается ныне под видом общественного движения. Люмпенское по составу участников, анархистское по идеологии и военное по методам, оно возглавлялось на Украине в 1918 - 1921 гг. Н.И.Махно. В канун столетия радикализма повторяется цепочка его основных постулатов: законное представительство «широких народных масс», полевые командиры, вооруженная оппозиция, за чем следуют бандиты, боевики, бандформирования, и т.д.
И когда неглупый человек, вполне либеральный по виду и респектабельный по кошельку, бютовский сподвижник - Дмитрий Выдрин на полном серьезе размышляет, что «единственное, чего не хватило батьке Махно для того, чтобы стать лидером страны, — это тачанок. Если бы у него была не тысяча, а сто тысяч тачанок, то Украиной, наверное, до сих пор правили бы внуки Махно». Лучше бы услужливый политолог перечитал «Размышления над Февральской революцией» А.Солженицына. Тогда бы не подливал масла в огонь.
* * *
Как тяжело недавно вздыхал Владимир Христенко, глава Николаевского землячества в Москве о таких людях-глыбах как М.П. Лазарев, Н.С. Мордвинов, Г.И. Бутаков, А.С. Грейг – «что ни фамилия - историческая личность, хотя ни в каком учебнике истории Украины о них ни слова. Там всё больше про Бандеру, Махно и Петлюру». И все бы ничего: батьки («матери»!?) Махно приходят и уходят, народ Украины выздоровеет.
Но в нашем случае не стоит забывать, что нынешняя Махновщина, если она случится, приходится на время глобализации. Странное время это, скажем прямо. С одной стороны, универсализация «общечеловеческих ценностей», то есть капиталистического рынка. С другой почему-то появляется все больше так называемых «национальных государств», за счет прежде существовавших более или менее крупных государственных образований.
Наверное, это кому-то выгодно? Как бы ничего подобного не произошло с Украиной. Поэтому затеянная игра «в указы» представляется далеко не безобидной. Судьбами 47 миллионов людей «шутить» подобным образом непозволительно.
Иван Симоненко, Виталий Дзюба
