Одной из проблем Украины на пути её всесторонней модернизации является формирование гражданского общества. Конкурентная многопартийная система, независимые общественные организации (НОО), свободная пресса (отсутствие политической цензуры в СМИ), местное самоуправление, наличие среднего класса – вот перечень основных его структур.
Однако трудность в том, что формирование указанных структур гражданского общества серьёзно затрудняются тремя факторами, образующими сугубо украинскую общественно-политическую специфику:
1. Региональным расколом Украины, проходящим по линии культурно-ценностных различий.
2. Разнонаправленностью внешнеполитических ориентаций граждан Украины из разных регионов страны.
3. Интенсивным внешним вмешательством во внутриполитические дела Украины.
Поскольку единая украинская нация ещё не сложилась, то нет и единого гражданского общества. Пока не решена главная задача становления реальной независимости украинского государства, как отдельного целого и не сформирована единая политическая украинская нация, внедрение западноевропейских стандартов гражданского общества весьма проблематично.
Роль и значение структур гражданского общества в Украине существенно искажается названными факторами. Так, под воздействием региональной поляризации разные регионы и региональные элиты отстаивают различные версии государственного устройства и различные основания национальной идентичности.
Всё это существенно противоречит ценностным ориентациям запада страны. Активизация деятельности структур гражданского общества (независимые общественные организации, политические партии и пр.) в данных условиях сводится к распространению в обществе взаимоисключающих трактовок модели политического устройства Украины, культурно-ценностных ориентаций, предложений по решению принципиальных вопросов национальной повестки дня.
Наиболее ярко это прослеживается в деятельности Независимых общественных организаций (НОО). Региональная поляризация Украины приводит к формированию на юго-востоке и западе страны относительно изолированных друг от друга двух гражданских сообществ. В данных условиях неконтролируемая деятельность НОО, особенно финансируемых из-за рубежа, лишь закрепляет в нашем обществе ситуацию ценностно-мировоззренческого и политического раскола.
Так, юго-восточный регион в значительной степени ориентирован на современную городскую индустриальную культуру, преимущественно русско-культурную или смешанную – украино-русскую. Население этого региона сформировалось в первую волну, ещё советской модернизации, а потому, так или иначе, сохраняет уважительное отношение к советскому прошлому, которое является частью собственной истории.
Гражданские инициативы запада Украины и представителей западного региона в Киеве имеют противоположную направленность и сосредоточены вокруг ограничения действия русского языка, ограничения русско-культурного продукта, продвижения в Украине идеи евроатлантической ориентации, украинских этнических и культурно-исторических ценностей и пр. Отдельной и важной темой в деятельности западноукраинских НОО и других гражданских инициатив этого региона является формирование отдельной от остальной страны галицийской культурно-языковой идентичности.
Влиятельные общественные объединения и гражданские инициативы данного региона занимаются укреплением у населения региона галицийских культурных и религиозных традиций, представления о себе, как об особой культурно-языковой и конфессионально-религиозной общности. В элитных западноукраинских культурологических и политологических изданиях в отношении населения региона интенсивно употребляются термины «Галичина» и «галичане». Вот характерные названия публикаций культурологического еженедельника “Ї” (Львов): “Галицький усе-світ”, “Хроніки галицького містечка”, “Галичина - країна людей”. В публикациях этого и других изданий культивируется особый украинский (по сути галицийский) язык.
Фактически в Галиции идут одновременно два процесса: образование отдельного от Украины автономного гражданского общества, замкнутого на региональных проблемах и галицийских ценностях, и экспансия, навязывание своего образа жизни всей стране.
Ещё одной особенностью Украины (как и других переходных обществ, попавших под каток американской «демократизации») является зарубежное финансирование НОО. По объемам и по количеству грандов лидируют Соединенные Штаты Америки. Порядка 90% этих организаций имеют свои СМИ. К тому же они активно используют такие эффективные средства оперативного и прямого информирования широкого круга журналистов, как пресс-конференции, размещение материалов в региональных и местных СМИ.
В этом контексте симптоматично ежегодное целевое выделение Конгрессом США десятков миллионов долларов на расходы, обозначаемые, как “поддержание и развитие демократии и свободы слова в Украине”. Данные расходы идут на финансирование деятельности НОО в разных областях общественно-политической жизни. Распространена практика привлечения в НОО государственных служащих для выполнения заказов по анализу и экспертизе государственной политики и управления на различных направлениях. Такая практика фактически поощряет коррупцию, особенно в ситуациях, когда от госслужащих заранее требуется сделать определённые выводы в интересах иностранного государства или корпоративных структур. Такой подход характерен для филиалов фонда Сороса (например, “Відродження”), Украинского центра перспективных исследований (УЦПИ) и пр. аналогичных киевских НОО.
Запланированное на будущий год сокращение американского финансирования НОО в Украине и России было истолковано американскими экспертами (“Вашингтон пост”) как фактический отказ Белого дома от “экспорта демократии”. Ссылаясь на данные доклада вашингтонской организации Freedom House, издание сообщает, что в направленном Бушем в Конгресс США бюджетном запросе на 2008 год средства для России, где, как пишет газета, “продемократические и правозащитные НПО подвергаются огромному давлению”, сокращены более чем на 50%. При этом финансирование организаций гражданского общества в Украине, где они возглавляли «демократическую революцию в 2004 году» (кавычки наши), сокращено на 40%.
Это означает, что в Украине пока не вызрела внутренняя потребность в существовании такого количества НОО, нет заинтересованности отечественных коммерческих структур в поддержке НОО, как важнейшей составляющей гражданского общества. Существующие НОО имеют ярко выраженный имитационный характер. Они создаются и существуют не столько для решения внутриукраинских общественно-политических задач, сколько для манипулирования общественным мнением в интересах зарубежных стран, в том числе и для проведения политических спецопераций.
Из сказанного напрашиваются два вывода:
1. Создавая условия для деятельности структур гражданского общества, государству (будущему Правительству) необходимо прекратить административную унификацию всей Украины в гуманитарных и ценностно-мировоззренческих вопросах. А она по-прежнему ведётся президентской стороной, да ещё и в галицийской версии. Пора Президенту понять, что Украина в нынешних границах никогда не будет моноязычной и монокультурной страной. И лишь прекратив навязывать культурные стандарты «титульного этноса» всей стране, можно добиться объединения Украины и преодоления раскола гражданского общества. При этом региональные отличия останутся, что вполне нормально.
2. Вероятно, назрела необходимость изучить опыт России по прекращению анархии и финансовых злоупотреблений в деятельности этих, так называемых независимых общественных организаций. Возможно, следует разделить все НОО на те, которые действительно обслуживают потребности разных слоёв нашего общества, и на те, которые созданы на иностранные деньги и занимаются «продвижением демократии», т. е. внешнего влияния в украинских государственных и политических институтах. В отношении последних следует, вероятно, принять те же меры, которые, например, принимаются в США, где существует очень жёсткое законодательство в отношении деятельности на американской территории общественных структур с иностранным финансированием.
Павел Шульженко
